Коленковский А. К. Дарданелльская операция.
Коленковский А. К. Дарданелльская операция.
 
  Коленковский А. К. Дарданелльская операция.  
   
 

Введение

С точки зрения форсирования проливов только средствами флота наибольшая опасность туркам угрожала со стороны Эгейского моря. Острова Имброс, Тенедос и Лемнос лежат в 25, 30 и 80 км от входа в проливы (схема № 1), обладают удобными рейдами для сосредоточения крупных морских сил и могут служить базами для предварительного сосредоточения войск и материального обеспечения при операции против проливов.

Дарданелльские проливы от Эгейского до Мраморного моря имеют длину около 70 км при максимальной ширине 7½ км и глубине от 46 до 104 м. Это позволяет с удобством использовать минные заграждения и образовать сильную артиллерийскую оборону.

Проливы в трех местах перехвачены узкостями, образующими природные бьефы: 1) узкость южного входа (Кум-Кале, Седд-эль-Бар), 3½ км ширины, за ней следует бьеф Каранлык, протяжением в 22 км; 2) узкость Чанак и Килид-Бар, шириной 1½ км; 3) узкость Нагара и Килия, шириной в 1½ км и далее верхний бьеф протяжением 31 км с выходом в Мраморное море у высот Чардак и г. Галлиполи.

Большая часть укреплений проливов состояла, главным образом, из старых открыто стоящих фортов, построенных французскими и английскими инженерами в 1877 — 1878 гг. и вооруженных старыми пушками, к которым до 1912 г. было добавлено несколько новых укрытых крупповских батарей. Все эти оборонительные сооружения сгруппировались следующим образом: 1) у Эгейского входы (4 форта: Эртогрул или мыс Хеллес, Седд-эль-Бар, Оркание, Кум-Кале), 2) на высотах мыса Кефец, 3) у Чанака и Килид-Бара и 4) у Нагары. В общем артиллерия насчитывала около сотни орудий с дальностью стрельбы в 7 500-9 600 м и с ограниченным запасом снарядов. Пройдя эти узкости со стороны Эгейского моря и войдя в Мраморное море, флот, покрыв 200 км, может бомбардировать Константинополь.

При решении открыть флоту проливы средствами сухопутных сил, операция могла бы развиваться либо на азиатском, либо на европейском берегу. В первом случае удобные пункты для высадки имеются на побережье от залива Безика до мыса Кум-Кале, а после высадки войска должны достигнуть Нагары где и ликвидировать последнюю группу батарей верхнего бьефа. Во втором случае нужно будет высадиться на Галлипольском полуострове, возвышающемся в среднем на 200-300 м над [Сх.1] уровнем моря при общей длине 70 км. Здесь испещренные в изобилии крутыми обрывистыми оврагами, скалистые, в беспорядке разбросанные хребты полуострова, часто покрытые густым, в летнее время засыхающим кустарником, бывают проходимы лишь исключительно по дурным и немногочисленным дорогам. Наиболее удобными районами высадки с кратчайшими выводящими на восточный берег полуострова путями являются: 1) район Габа-Тепе, выводящий к г. Майдосу; 2) район бухты Сувла, выводящий к порту Акбаш; 3) Булаирский перешеек, шириной в 5½ км, позволяющий отрезать весь полуостров от Фракии, но в свою очередь прегражденный тремя фортами с 13 промежуточными редутами. При обоих вариантах нужно знать, что только с падением батарей Нагары флоту открывается свободная дорога к Константинополю.

Первые мины в проливе турками были поставлены 4 августа 1914 г., следовательно, англо-французский флот мог рассчитывать на безусловный успех форсирования только до этого времени. В дальнейшем трудности форсирования естественно должны были нарастать, так как при возникновении враждебных по отношению к туркам действий со стороны Эгейского моря, при топографических условиях берегов у проливов, последние нетрудно было сделать малодоступными даже при ограниченных средствах обороны.

Это обстоятельство, как мы увидим из дальнейшего изложения, англо-французами учитывалось мало, а когда для них с несомненностью выяснилась невозможность форсировать проливы силами только одного флота, то турки успели принять солидные меры и против десантных операций.

Нелишним будет указать, что на случай войны, в той обстановке, которая складывалась в первые дни европейской войны, турками предусматривался следующий план, инструктированный немцами:

1. Наступление против России на Кавказе и в Персии силами 3-й турецкой армии — 10 пехотных дивизий с одновременной панисламистской агитацией к вооруженному выступлению туземного населения.

2. Наступление против Суэца и Египта силами 4-й армии — 7 пехотных дивизий совместно с сенуситами, ливийцами и Суданом.

3. Защита со стороны Балканского полуострова, в виду могущей возникнуть опасности со стороны Болгарии и Греции и наверное России, силами 1-й и 2-й армий, расположенных во Фракии — в общем до 17 дивизий (250 000 чел.). Дивизии этих армий позволили туркам организовать непреодолимое сопротивление сухопутным операциям англо-французов в Дарданеллах.

Остановимся на вооружении и организации турецких вооруженных сил. Пехота была вооружена ружьями Маузера и частично однозарядными Мартини. Дивизионная артиллерия имела 75-мм скорострельные пушки Шнейдера и 75-мм горные Круппа. Корпусная артиллерия теоретически состояла из крупповских 105-мм орудий, по 6 орудий в батарее и по 3 батареи на корпус, но фактически корпусной артиллерии почти не было. Комплект винтовочных патронов и артиллерийских снарядов за общим их недостатком был весьма ограничен.

В состав пехотной дивизии входили: 1) три пех. полка 3-батальонного состава с пулеметной ротой (4 пулемета); 2). группа артиллерии — 24 орудия; 3) кавалерия — 1 эскадрон; 4). саперы — 1 рота; 5) депо людского запаса. Корпус нормально состоял из 3 пехотных дивизий с корпусной артиллерией, конницы с конной артиллерией и прочими частями применительно к европейской организации. На обязанности корпусного управления лежала организация снабжения и подвоза необходимого в дивизии. Повторяем, что эта организация была чисто теоретическая, и в действительности всегда был некомплект до 50% и более.

Несмотря на то, что подготовка офицерского состава турецкой армии в общем была низкой, а унтер-офицеры поголовно были неграмотны, турецкая армия была превосходна в отношении дисциплинированности, храбрости и настойчивости,, что особенно сказывалось во время обороны.

Интендантская часть стояла на низкой ступени: солдат жил тем, что давал район, в котором он находился, питаясь рисом, разваренным маисом, черным хлебом и бобами, почти никогда не имея мяса. Санитарная служба не поднялась выше уровня европейских армий XVII века. Своему интендантству и санитарной службе турки обязаны большой убылью, ослаблявшей наличный состав частей в гораздо большей степени, чем боевые потери.

Организация и вооружение англо-французских войск были в соответствии с таковыми, принятыми на западном фронте{0}.